Казаки в Осовецком войтовстве


История наших земель таит в себе много неизведанного и, порой, труднообъяснимого для нас, ныне здесь проживающих. Например, вот этот документ 17 века:

12. — 1657, въ августѣ. Отписка могилевскаго воеводы стольника Семена Змѣева о наказываньи въ Могилевскомъ уѣздѣ вмѣсто кнута батогами нещадно пашенныхъ крестьянъ, приписавшихся въ козаки, и о битьѣ старыхъ козаковъ, сотниковъ, эсауловъ и отамановь козацкихъ ослопьемъ за приписыванье въ козаки крестьянъ, и проч.

Государю царю и великому князю Алексѣю Михайловичю, всеа Великія и Малыя и Бѣлыя Росіи самодержцу, холопъ твой Сенька Змѣовъ челомъ бьетъ. По твоему великого государя царя и великого князя Алексѣя Михайловича, всеа Великія и Малыя и Бѣлыя Росіи самодержца, указу, съ полковникомъ съ Иваномъ Нечаемъ договорясь, козаковъ выслалъ изъ тѣхъ мѣстъ, изъ которыхъ, по твоему великого государя указу, мнѣ, холопу твоему, велѣно выслать и въ наказѣ написано, и о томъ преже сего къ тебѣ, великому государю, писалъ. А что, государь, Могилевского уѣзду крестьяне пописались многіе въ козаки и Могилевскимъ уѣздомъ завладели было, и что полковникъ Иванъ владѣетъ тремя войтовствы: Благовитцкимъ, Путковскимъ, Осовѣтцкимъ и Путковскимъ испомѣщены четыре человѣка шляхты, и полковникъ имъ владѣть тѣми помѣстьями не даетъ, и о томъ я, холопъ твой, полковнику говорилъ, и онъ мнѣ сказалъ, что владѣетъ двѣма войнотовствы (sic) Благовитцкимъ, Путковскимъ по твоему, великого государя, указу, и твою, великого государя, жаловальную грамоту на тѣ войтовства положилъ, а про Осовецкое войтовство сказалъ: великій де государь пожаловалъ старымъ Быховымъ гетмана Богдана Хмельницкого, а то де войтовство къ старому Быхову.

(Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России. Том 4)

Наши деревни успели побывать не только в составе разных войтовств, волостей, сельсоветов, но и государств. А ещё на наших территориях непрерывно шли войны. Кто только не приходил к нам с мечом, чтобы доказать нашим предкам, что живут они неправильно, верят не в тех богов, разговаривают не на том языке. Особенным кровопролитием выделялась война 1654—1667 годов, тринадцатилетняя или русско-польская, как называют её российские историки. В беларуской истории она названа «кровавым потопом». В той войне погибла половина нашего населения.

В наших краях свирепствовало 20-тысячное войско из казаков Нежинского, Стародубского и Черниговского полков во главе с наказным гетманом Иваном Золотаренко, которых Богдан Хмельницкий направил на помощь армии московского царя Алексея Михайловича.

Мало пришлых казаков, так тут ещё и свои нарисовались. Могилевский православный шляхтич Константин Поклонский вместе с 14 своими единомышленниками ушел к казакам Московии. Золотаренко отослал его к Хмельницкому, а тот – к царю, в чью ставку под Смоленском Поклонский прибыл 22 июля 1654 года. Алексей Михайлович подарил ему 40 соболей и 50 рублей, объявил полковником и разрешил набирать свой полк из шляхты и всяких служащих людей. В 1655 году полк стоял в Чаусах и двух войтовствах Могилевского уезда, служивших базой.

Информацию о том, что из себя представлял Могилевский уезд в те годы, найти не удалось, и я осмелюсь предположить, что под уездом подразумевались земли Могилевского наместничества и Могилевской королевской экономии в 1654 году, после сдачи Могилева войскам московского царя.

Впоследствии город и уезд преобразуются в полковую административно-территориальную единицу, отданную во временное управление белорусскому казачьему полку Поклонского. Комплектование казацкого полка шло за счет белорусского населения. Полк принимал участие во многих военных операциях царя.

В состав территории Белорусского полка теперь входил не только Могилевский уезд - его исходная база, но и целый ряд новых волостей и войтовств. В одних из них они лишь брали приставство, другие были тогда под управлением Золотаренко, а некоторые присоединились позже. В 1656 г. целых три могилевские сотни, базировались в Могилеве и пригородах.

Приставство, это когда отряд казаков забирал определенную территорию в коллективное кормление, заставляя местных жителей отдавать все, что захотят забрать люди с оружием. Поскольку казацкие отряды часто меняли свою дислокацию, у них не было особых стимулов заботиться о преумножении достатка местных крестьян.

В 1656 г. белорусский полк в составе Войска Запорожского значительно расширил свою территорию и приобрел характер, близкий к украинским полковым единицам, он состоял из 19 сотен, многие из которых имели не территориальный, а гарнизонный характер (стояли постоем). Часть казаков жила по своим дворам в Могилевском уезде, а остальные, не имевшие оседлости, были расположены для прокормления по войтовствам. Казаки полка получали из царской казны не жалованье, а лишь содержание натурой, причем если не имели своих хозяйств.

Так вот, прокормление полк до января 1657 году имел из двух войтовств: Благовичского и Путьковского, на которые имел царские грамоты. После сдачи Старого Быхова, Белорусский (Чаусовский) полк стал пользоваться еще и доходами Осовецкого войтовства. Что мы и видим в приведенном выше документе. В этих войтовствах казаки ликвидировали шляхетские поместья, а таким образом и повинности на шляхту. Государственные повинности в своих войтовствах полк брал также в свою пользу.

Трудно сказать, насколько это оказачивание коснулось населения наших деревень? Возможно, всё ограничилось только кормлением пришлых казачков, но не исключено, что наши мужички тоже увидели свой шанс в вольной казачей жизни. Об этом мы можем только гадать, документальных подтверждений пока нет.

Есть в деревне Давыдовичи одно место, которое так и тянет исторически и топографически привязать к тем временам и событиям. Юго-восточнее деревни находится небольшой лес Казаковки - самое грибное место. Если посмотреть довоенные карты и схемы из журналов боевых действий дивизий, воевавших в наших краях, то вместо Казаковок мы найдем только небольшую рощу перед самым болотом. Думаю, что именно это место называется Серикавки. А вот само болото называлось Казаковка и в 1910 году принадлежало крестьянам деревни Давыдовичи. («Список населенных мест Могилевской губернии. Под ред.Г.П.Пожарова. Могилев, 1910» и перечень болот Грудиновской волости из него).

Так вот самая длинная и самая сухая сцежка через болото Байдаком называлась. Начиналась она сразу за Серикавками. Наш дед Иван слышал от своего деда или ещё прадеда, что лежала там когда-то байда (промысловое судно) на островке среди болота и давыдовцы ходили выдирать с той байды, очень дефицитные для той поры, гвозди. Теперь более-менее понятно откуда байда на островке среди болота – по речке Черной когда-то заплыла. А вот зачем она туда заплыла? Кроме, как связать Казаковку и ту байду с чаусскими казаками, другие мысли в голову не приходят. Вряд ли казаки стояли у нас гарнизоном. А вот туда, где стоял гарнизон, это «кормление» нужно было ещё доставить. Вот тут и могла пригодиться байда, которую могли и у запорожцев одолжить. Почему её в самое болото загнали? Да кто ж теперь скажет. Может поохотиться казачки захотели, да и в конце того Байдака места уже сухие.

Белорусы-казаки, имевшие земельные наделы, не платили никому никаких налогов и не выполняли повинностей. Крестьяне и мещанская беднота, поступив в полк, кормились за счет доходов полка или приставством. А ещё и те и другие захватывали пустые волоки, которых в то время появилось немало.

Казацкий плацдарм в Белоруссии получил значительные размеры и грозил превратиться на длительное время в фактор воздействия на белорусские дела, казачество сильно мешало царскому правительству в проведении им в Белоруссии крепостнической политики. В начале 1658 г. царское правительство потребовало от гетмана, чтобы казаки очистили Быхов и ушли в "черкасские городы... Да и в Чаусах полковнику быти не у чего..".

17 октября 1659 г. на Раде воеводы от имени царя предложили, а Рада приняла, 18 статей. 6-я и 15-я из новых статей касались казачества в Белоруссии. По 6-й статье: «На Белой Росии ныне и впредь залогам черкасским не Сыть». Согласно 15-й статье, гетман должен вывести казаков на Запорожье. Эти «переяславские» статьи можно считать концом белорусского казачества.

12. — 1657, въ августѣ. Отписка могилевскаго воеводы стольника Семена Змѣева (продолжение).

... какъ де посолъ былъ у гетмана отъ тебя, великого государя, окольничей Ѳедоръ Васильевичь Бутурлинъ, и договаривался де, чтобъ изъ Лупалова козаковъ вывесть, и они де отговорились, что козаковъ выводить нельзя: война наступаетъ; и тотъ, государь, листъ у меня, и я, холопъ твой, съ полковникомъ Иваномъ велѣлъ старыхъ козаковъ переписати въ Могилевскомъ уѣздѣ для вѣдомости, чтобъ, гдѣ не указано быть, козацкихъ залогъ не посылать и въ козаки не приимать и не писати, быти имъ до указу твоего, великого государя царя и великого князя Алексѣя Михайловича, всеа Великія и Малыя и Бѣлыя Росіи самодержца,и жити смирно, налогъ и обидъ крестьяномъ не чинить и пашнею и пустыми волоками не владѣть; а будетъ станутъ жити не смирно и смуту чинить и въ козаки какими вымыслы писать и приимать, и тѣмъ, кто напишетъ и напишетца, чинить жестокое наказанье, а ипьщъ вѣшать; а которые козаки возмутъ пустые волоки и ими станутъ владѣть, и тѣмъ быть по прежнему въ пашенныхъ людехъ и тягло всякое тянуть къ городу. И о томъ, великій государь царь и великій князь Алексѣй Михайловичь, всеа Великія и Малыя и Бѣлыя Росіи самодержецъ, вели мнѣ, холопу своему, свой государевъ указъ учинить.

(Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России. Том 4)


Автор публикации: Е.А.Минин